18+
Сибирский
Медицинский Портал
Здоровье. Медицина. Консультации
www.sibmedport.ru
Бесплатная консультация ветеринарного врача


Читайте также


Фото Кача: река таежная. Часть вторая

Фото Кача: река таежная

Фото Надежда Пермякова: стихи к Новому году

Фото Россиянин в зеркале соцопросов – какой он?

Фото Размышления. Добро и зло

Фото Размышления. Мораль и закон

Фото Конкурс публикаций «КЛИНИЧЕСКАЯ ГОМЕОПАТИЯ – НА ПУТИ ОТ МЕДИЦИНСКОЙ ТЕ...

Фото Размышления. Апокалипсис наших дней

Фото Поющая осень: новые стихи Надежды Пермяковой

Фото "Если б я был главным врачом" и другие стихи прошлых лет Андрея Носыре...

Фото Стихи о медицине и рабочих буднях доктора Андрея Носырева

Фото Стихи на фестиваль авторской песни «Сухая Мана-2013 г.» и "Молодым!!"


Б. Маштаков: "Беспартийный главный врач"

    Комментариев: 0     версия для печати
Б. Маштаков: "Беспартийный главный врач"

Предыдущая глава            Следующая глава

Содержание книги

 

МОЙ ПУТЬ
книга воспоминаний


Б.П. МАШТАКОВ

Беспартийный главный врач

Не успел Афанасьев попрощаться с коллективом, как меня пригласили в райком партии и говорят:

– Мы назначаем тебя главным врачом.

 

Я знал, что ко всем руководителям районного звена были жёсткие требования насчёт партийности: раз начальник, значит, обязательно коммунист. А я был всё тем же комсомольцем, потому что не вышел из комсомольского возраста, который ограничивался двадцатью семью годами, а в партию вступать не было желания, хотя я мог это сделать в институте, когда был секретарём комсомольской организации у себя на потоке. Так как я очень уважал Афанасьева, то садиться в его ещё тёплое кресло не хотел, да и первые синяки, набитые на хозяйственных больничных проблемах, заставлялись задуматься: а зачем тебе это надо? Определись, что тебе дороже: поиск труб или хирургия?

 

– Ладно, тогда мы назначим тебя исполняющим обязанности главного врача, надо заканчивать ремонт, – сказали коротко и безапелляционно. – Можешь идти.

 

Несмотря на кадровые передряги в Курагинской районной больнице, райком партии не мог отменить зиму. Это счастье, что весной Афанасьев приказал не выбрасывать из палат печки, а больничный дровяник был переполнен штабелями берёзовых дров. Главный врач сохранил печки потому, что не знал, как пойдёт отопление в больнице. Наша больница подобную коммунальную революцию осуществляла если не первой в крае, то одной из первых, поэтому осмотрительный Степан Вениаминович оставил путь к отступлению, что нас и спасло в итоге.

 

Отапливалась больница так: ночью, когда больные ещё спали, истопники убирали из топок золу, закладывали дрова. Топки все выходили в коридор. Такая система отопления сохранилась до сих пор в Балахтонской участковой больнице, что в Козульском районе. Там есть и центральное отопление, но в случае какого похолодания в больнице топят дровами. В своём бюджете балахтонские медики сумели даже сохранить строку «заготовка дров», объясняя это тем, что они живут в таёжной зоне, где и летом могут быть заморозки.

 

…Я часто вспоминаю такую картину: идёшь в шесть часов утра под треск горения сухих дров по больничному коридору, вдыхаешь неповторимый аромат собственно больничного помещения и берёзового духа и радуешься, что ты нужен этой больнице, людям, которые спят и видят в сне себя здоровыми.

 

Подталкиваемые морозами, мы в ноябре всё-таки запустили котельную, батареи грели прекрасно, а весной избавились от печек с чувством выполненного долга. После этого я загорелся идеей развить сеть медицинской помощи в родном районе. В планах было налаживание работы участковых больниц и фельдшерско-акушерских пунктов. А в районе после соединения его с Артёмовским районом проживало 60 тысяч человек. Наша больница была на 175 коек, а всего в районе имелось 550 больничных коек. Сейчас, конечно, деревянные постройки снесены, и Курагинская ЦРБ размещается в двух типовых кирпичных зданиях и в отдельно стоящем роддоме.

 

Артёмовская больница была не намного меньше курагинской – 150 коек. Уже когда я работал в крайздраве, удалось построить больницу на 100 коек в Краснокаменске, что в 15 километрах от Артёмовска, и открыли больницу на 50 коек в Ирбе. Укомплектовали кадрами 41 фельдшерско-акушерский пункт.

 

Район, как известно, южный, огромный, земли там неплохие, сельское хозяйство развивалось достаточно активно, молодёжь после школы оставалась в родных сёлах. Надо было приблизить медицинскую помощь к крестьянину: не ехать же в Курагино, чтобы измерить давление или выполнить другую простую медицинскую манипуляцию. Кроме того, нужен был медицинский пригляд за детьми, потому что младенческая смертность в районе была высокой как из-за респираторных заболеваний, так и из-за травм. Травмы случались в основном во время полевых работ: родители в поле, а дети представлены сами себе. Среди пострадавших большинство было мальчиков. Тут тоже вадно иметь в населенном пункте человека, способного оказать квалифицированную помощь и вызвать из района нужных специалистов.

 

С кадрами для ФАПов не  было проблем: молоденькие выпускницы фельдшерско-акушерский отделений медицинских училищ с удовольствием ехали в деревни, выходили замуж, пускали там семейные корни. Сейчас они, конечно, на пенсии, а вот замену найти им трудно: деревни в силу развала сельскохозяйственного производства потеряли свою привлекательность для молодежи, и ФАПы часто закрываются именно из-за кадровой проблемы, хотя живущие в этих деревнях старики очень нуждаются в медицинской помощи, а это во многих местах главное сельское население.

 

С чем в ту пору шли больные? Таких травм и дорожных происшествий, как сегодня, и в помине не было. Тогда не было и такого повального пьянства со всеми вытекающими социальными и медицинскими проблемами, практически не было брошенных детей. В основном проблемы касались кишечных инфекций да кожных заболеваний. Помню, в районе вспыхнула эпидемия чесотки. Чесались все, особенно дети. Мы организовали медицинские бригады, которые раздавали по деревням мазь, в коллективах рассказывали о значении личной гигиены в борьбе с чесоткой, вели санпросветработу в школах. Справились.

 

Многие сельчане болели ревматизмом, что напрямую связано со спецификой работы в поле и на ферме. Мы брали таких больных на учет, чтобы не допустить порока сердца. В нашей больнице было также туберкулезное отделение, где мы проводили контролируемое лечение, чтобы опасная инфекция не распространялась.

 

Врачи Курагинской ЦРБ

 

Меня часто спрашивают, много ли времени я тогда тратил на работу с документацией. Ответ однозначный: нет! Тогда бумаг было очень мало. За день у главного врача скапливалась тоненькая папочка – буквально несколько листочков. По сути дела, это были обязательные периодические статистические отчеты да внутрибольничные приказы, чаще кадровые. Бумажный поток стал увеличиваться в так называемые застойные годы. Уже тогда нас заставляли писать всевозможные никому не нужные перспективные планы. Но и застойное время не идет ни в какое сравнение с нынешним, где каждый вечер я кладу перед собой одну, а то и две толстенные папки так называемой входящей корреспонденции.

 

Если сравнивать медицину шестидесятых годов прошлого столетия и нынешнюю, то сегодня в районах вслед за уменьшением населения и его старением налицо деградация медицины. Полставки дерматолога, четверть ставки эндокринолога: где найти хорошего специалиста под эти «четвертушечки»? Никто не пойдет на такие условия и перспективы. Вот и сегодня в том же Курагинском районе коечный фонд значительно сокращен, а в Артемовске больницы вообще нет. Закрыты участковые больницы в Журавлево, Шалаболино, Можарском, Малом Имиссе.

 

Закрывается ФАП или больница, школа – прямой признак умирающего села. Информацию об очережном закрывающемся ФАПе или участковой больнице я воспринимаю болезненно, потому что наш национальный фундамент – село. Как известно, основа крепости любого дома – фундамент. А мы его сознательно разрушаем, в крайнем случае, ничего не делаем для его укрепления.

 

Как шагреневая кожа, уменьшается и сам район: на тех же площадях в Курагинском районе сегодня проживает 51 тысяча человек. А было ведь 60! Но всё же район с его рудными ископаемыми не так сильно пострадал от перестройки, как, скажем, таёжные, чисто сельскохозяйственные районы. Только, мне кажется, главное богатство курагинской земли не ископаемые, а плодородная земля. Её ценность понимаешь в свете мировой продовольственной проблемы. Но даже такие плодородные поля у нас далеко не везде засеваются. Сам видел огромные заросли бурьяна там, где в годы моей работы в Курагино густой стеной стояла пшеница.

 

Безусловно, годы, проведённые в Курагино, были самыми светлыми для меня. Коллектив подобрался интересный, люди уважали друг друга, обходились без сплетен и подстав. В больнице мы организовали прекрасную художественную самодеятельность, разъезжали с концертами по сельским клубам, участвовали в смотрах художественной самодеятельности как у себя в районе, так и в кустовых смотрах, которые проходили в Минусинске. Я пел и в хоре, и сольно. О взятках врачам тогда и речи не было. Существовала давняя традиция: при выписке мамы с новорождённым вручали гинекологам бутылку шампанского и коробку конфет. И всё!

 

Помнится, я прооперировал дедушку-старовера по поводу прободной язвы, и его жена привезла ведро мёда. Я отказывался как мог, а она посмотрела на меня добрыми, светлыми глазами и сказала:

– Сынок, это же от чистого сердца, возьми, не оскорбляй старуху. Благодаря тебе я не осталась вдовой. – Поставил то ведро в раздаточной и объявил, что мёд могут брать все желающие. Так он потихоньку с чаем и разошёлся. А вообще в то время в Курагино пасеки держали буквально в каждом дворе. Лентяи и пьяницы встречались редко.

 

Поехали мы как-то раз с председателем райисполкома Изотом Фёдоровичем Злотниковым по району. Он хотел сельсоветы посмотреть, а заодно и ФАПы. До обеда мы объехали с ним несколько сёл. Приезжаем в Поначёво. Три часа пополудни, есть уже изрядно хочется, а столовых тогда в сёлах не было, магазин до 16 часов закрыт на обеденный перерыв. Фельдшер и спрашивает:

– Вы обедали?

Смотрю вопросительно на Злотникова. Фельдшер опять спрашивает:

– Так есть будете?

– Понимаете, нас ни один председатель не пригласил, – говорит Злотников виновато.

– Зато фельдшер накормит, – засмеялся я.

Пришли к фельдшеру домой, а там стол уже накрыт, да всё вкусное такое, по-настоящему домашнее, даже пироги были.

Когда возвращались домой, Злотников и говорит мне:

– Я посмотрел, как твои работают, и могу сказать, что у тебя команда дружнее. Радуйся.

 

Мне часто вспоминается первый поезд на трассе Абакан – Тайшет. Её открытие не только улучшило сообщение района с краевым центром, появлялись совершенно новые возможности для развития в районе горнодобывающей промышленности. Первый поезд останавливался в Курагино, к его приходу был приурочен большой митинг, на который пришли тысячи людей. На нём присутствовала дочь одного из первопроходцев-исследователей – Стофато. Как известно, героев-первопроходцев было трое: Кошурников, Стофато и Журавлёв.

 

Уже будучи главным врачом районной больницы, я поехал в Жаровское к дяде Алексею Гилёву, заядлому рыбаку с богатой фронтовой биографией. Он и повёз меня на могилу Кошурникова. Нам пришлось плыть по Кызыру, горной своенравной реке. Я удивлялся, как этот человек ориентировался на ней, казалось, он знает каждый камень на дне. Наша лодка ни разу не запнулась о многочисленные валуны, которые выступали над водой. Казалось, бурное течение неумолимо гнало нас на камень, и лодка обязательно перевернётся, но вдруг появлялась волна, и мы легко проскакивали очередной опасный выступ: экстрим был ещё тот. Хотя я понимал, что дядя Алексей знает повадки реки, сердце замирало от неожиданности при прохождении этих опасных препятствий.

 

Подошли к деревне, которая называется, если мне не изменяет память, Верхняя тридцатка. Крутой берег, на котором стояло несколько брошенных домов, метрах в трёхстах кладбищенский холм. На нём выделялся обелиск и ограждение: четыре столба, между которыми натянуты цепи. Но цепи почему-то были только с двух сторон. Я спросил дядю Алексея:

– Кому нужны в глухой тайге эти цепи?

К обелиску ещё была прибита хромированная табличка с надписью «Кошурников А.В.», а выше ещё одна точно такая же табличка «Первопроходцу Кошурникову от школьников». Там ещё стояло название школы.

Приехал домой, захожу к первому секретарю райкома партии, рассказываю о поездке и говорю:

– Иван Николаевич, нельзя, чтобы могила такого человека была заброшена, стыдно.

Могилу после этого привели в порядок, слышал, что она там до сих пор стоит.

 

Интересная история была с моим вступлением в партию. Три года с завидной регулярностью, раз в неделю, заведующий орготделом райкома приглашал меня к себе для профилактической беседы. Я заранее знал, о чём будет речь. Всё это время отвечал, что ещё не созрел для такого ответственного шага. Тогда мне объясняли, что в больнице есть партийная организация, которая время от времени проводит закрытые партийные собрания, а я не имею права на них присутствовать, потому что являюсь беспартийным, а на этих собраниях, между прочим, решаются важнейшие государственные вопросы. Как известно, капля камень точит, и, наконец, я сдался, написав заявление о вступлении в партию.

 

За семь лет работы в Курагино получил две правительственные награды. В 1970 году массово награждали к столетнему юбилею Ленина так называемой юбилейной медалью. В числе прочих был и я. Через год мне дали орден «Знак Почёта». На районную медицину тогда выделили два ордена – Ленина и Трудового Красного Знамени. Орден Ленина получила заведующая акушерско-гинекологическим отделением Вера Демьяновна Вишневская, умница, на которую большинство женщин в районе готовы были молиться.

 

По условиям для получения ордена Трудового Красного Знамени моей юбилейной медали было маловато, поэтому Москва определила, что мои заслуги перед медициной достойны только ордена «Знак Почёта», прозванного в народе «Весёлыми ребятами» из-за рисунка на нём: под флагом стояли молодые улыбающиеся мужчина и женщина.

Продолжение следует

 

Автор Борис Павлович Маштаков

Источник Сибирский медицинский портал


Предыдущая глава            Следующая глава

Содержание книги


Читайте также:

Борис Павлович Маштаков: призвание - главный врач

Борис Павлович Маштаков: "Медицина, как армия, на первом месте - дисциплина"






Ваш комментарий
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым


Согласен (а) на публикацию в проекте Призвание врач





Рейтинг@Mail.ru
Сибирский медицинский портал © 2008-2019

Соглашение на обработку персональных данных

Политика в отношении обработки персональных данных

Размещение рекламы
О портале
Контакты
Карта сайта
Предложения и вопросы
Информация, представленная на нашем сайте, не должна использоваться для самостоятельной диагностики и лечения и не может служить заменой консультации у врача. Предупреждаем о наличии противопоказаний. Необходима консультация специалиста.

Наверх