18+
Сибирский
Медицинский Портал
Здоровье. Медицина. Консультации
www.sibmedport.ru
Бесплатная консультация ветеринарного врача


Читайте также


Фото «Я счастливый человек»: в память об Анатолии Колесниченко

Фото К 45-летию БСМП: Больница с железным характером

Фото Эндокринологической службе Красноярского края – 65 лет!

Фото Красноярскому медуниверситету – 75 лет!

Фото Воспоминания. Служба в Германии после войны

Фото "Доктор Мельников": вспоминает А. Коновалов и П. Гаврилов

Фото Воспоминания. Встреча с именем В.Ф. Войно-Ясенецким в Германии

Фото "Доктор Мельников": вспоминает друг детства В. Некрасов

Фото Воспоминания. День Победы

Фото "Доктор Мельников": вспоминают И. Артюхов и К. Фурсов

Фото Воспоминания. Чудо спасения

Фото "Доктор Мельников": вспоминает А. Катаргин


Воспоминания. Пятеро суток в операционной

    Комментариев: 0     версия для печати
Воспоминания. Пятеро суток в операционной

Продолжение личностно-биографического повествования "Ровесница лихого века", Т.П. Сизых

Предыдущая часть

Следующая часть

Cодержание книги

 

Однажды врачи фронтового госпиталя во время Берлинской битвы без сна и отдыха оперировали пятеро суток. Это диктовали одна за другой следующие санлетучки, которые шли не прекращающимися потоками. Трудно понять, как может человек выполнить не выполнимое. Я подумала и спросила Н. А. Бранчевскую: «Может быть вы на один-другой час отпускали по очереди хирургов поспать?» На что Надежда Алексеевна рассердилась, в буквальном смысле слова взорвалась, резко сказав: «Как вы себе представляете, раненые потоками непрекращающимися поступают с санлетучками, следующими одна за другой, у бойцов кровотечение, а они будут ждать, когда хирург поспит? Как вам такое в голову могло прийти!»

 

Вспоминает Надежда Алексеевна: «Первые сутки оперируешь нормально, на вторые сутки сложнее, а на третьи – открывается второе дыхание, и хирург превращается в какой-то автомат. Работа идет как на автомате. Обработка хирургическая раненого выполнялась уже автоматически. Одного положили на операционный стол, прооперировал. Этого раненого снимают и тут же кладут следующего. И так было на протяжении пяти суток, пока не кончился весь поток доставленных в госпиталь раненых. Все это время хирурги не отходили  от операционного стола.

 

Хирургу нужно в туалет. Стояла ширма в операционной. Вы заходите с поднятыми руками, чтобы не расстерилизоваться. Идешь за ширму с санитаркой. Она вам спустит брюки, сделает все, чтобы врач освободился от физиологических необходимостей мочевого пузыря и кишечника. И вы вновь с поднятыми руками идете за операционный стол и с облегчением продолжаете оперировать. Идете, как к станку, и обрабатываете идущий нескончаемый, конвеерный поток раненых.

 

Так же санитарочки операционной давали хирургам что-то покушать или попить. Самые страшные были дни, когда у врача – женщины-хирурга – были регулы. Отойти от операционного стола нельзя. Соответственно все прокладки промокали, потом засыхали, в результате потертости и саднящие раны с острейшими болями при любых движениях. А у кого болезненные регулы, и того тошнее. Никто никого не освобождал и не щадил.

 

Через четверо, пятеро суток, только по окончании наступления, прекращался большой поток раненых, и можно было женщине хирургу привести себя в порядок.

 

При этом она замечает: «Мне легче было, чем другим женщинам врачам-хирургам.   Я была начмедом. И мне приходилось прерывать работу в операционной, чтобы решать возникающие в госпитале проблемы: то с водой, то с дровами, то с организацией процесса заготовки очередных партий перевязочного материала и многие другие вопросы. И в это время я могла и себя обработать, а затем продолжить работу в операционной».

 

Надежда Алексеевна говорит: «Сейчас все это вспоминая, удивляюсь, как мы могли все это перенести? То ли молодость нам позволяла все это претерпеть, то ли физически были здоровы?» Помогал им духовный подъем, высокая ответственность и мобилизация всех сил для Победы над фашизмом. Все они уже понимали, что Победа будет за Россией, за нашей горячо любимой Отчизной.

 

Ранее они нередко оперировали по двое-трое суток, пока шли наступательные бои    в Польше, но особенно тяжело было в Германии.

 

Сложные операции выполнял ведущий хирург, а мы под его руководством выполняли операции раненых с несложными ранениями. Как замечает Надежда Алексеевна: «Нас-то хирургами назвать было нельзя». Начмед обычно участвовала в операциях, особенно когда нужно было максимально задействовать всех.

 

Прооперированного раненого доставляли в гипсовую, затем в палату готовящихся на эвакуацию. А хирург от хирургического стола не отходил, пока не закончится поток раненых. Он не кушал, не спал и даже подумать об этом не мог.

 

Условия были суровые, полевые. Оперировали в любое время суток. Вечером и ночью. Оперировали при коптилках.

 

Коптилка – это изобретение первой половины прошлого века. Коптилка была размером и объемом с розетку в диаметре 8х8 см с высотой 1,5–2 см, что в домашних условиях используется под индивидуальную порцию варенья или еще чего-то. Она делалась из коричневой плотной бумаги в несколько рядов, пропитанной воском, а в ней был залит жир, в середине которого торчал фитилек. «Вот с такой «малявкой», дающей очень слабый свет, наши хирурги оперировали. Держали коптилки над операционным полем санитарки, медсестры. Они подавали свет туда, куда указывал хирург. Это было очень тяжелое испытание для них. Ну-ка попробуйте постойте не часами, а сутками с вытянутой рукой?.. И держа так коптилку, чтобы хирургу свет падал в рану, где он работает», – замечает Надежда Алексеевна. Санитарки, безусловно, менялись с определенной очередностью. Это был мучительный труд как для освещающего операционное поле, так для хирурга оперирующего. В России выдавали керосин, тогда оперировали, освещая операционное поле керосиновыми лампами. В Польше керосина не было, обеспечивали госпиталь вышеописанными коптилками. В Германии помощники начмеда – Димка и Вадимка – в пустых домах нашли фонарики электрические. Тогда стали их искать и уже ими пользовались при освещении операционного поля. Кстати, их в домах и замках находили в достаточных количествах. Фонарики связывали по несколько штук в один световой пучок, и санитарки также стояли и освещали операционное поле. Только в 1945–1946 гг. после войны в госпитале, расположенном в немецком восточном городке, выдали дизельный движок для освещения.

 

Освещение подобное было в перевязочной, гипсовальной, в санпропускнике и в палатах с ранеными.

 

Гипсование

Раненые во фронтовой госпиталь поступали в основном с ранениями в конечности и таз. Поэтому после хирургической обработки огнестрельных и осколочных ран с повреждением костей делали перевязки. А затем, согласно доктрины военно-полевой хирургии, необходимо было для раненой конечности создать покой – иммобилизацию. Для этого во фронтовых госпиталях, в связи с длительной транспортировкой в госпиталь, накладывали гипс, включая два сустава, один расположенный выше, а другой – ниже места поражения кости конечности. Для этого тоже нужны были бинты, пропитанные порошком гипса и смоченные. Рана оставалась открытой. Гипс же раненому до отправки в тыл нужно было высушить. Были в госпитале две буржуйки – печки. Раненых, после того как им наложат гипс, распологали у печки, у бочки с костром, в которой нагревалась вода, где они и сушили гипс. Только после этого раненого можно было эвакуировать.

 

Бывало из операционной вызывают Надежду Алексеевну и говорят: «Гипса не хватает. Гипс кончился». В войну научили начмеда быть запасливым человеком. Она всегда возила с собой запасы марли, бинта, гипса, спирта, не уповая на положенную очередную доставку.

 

«На Бога надейся, а сам не плошай».

 

При свертывании госпиталя она, согласно приказу, должна была все сдать на склад,   в том числе и оборудование, и материалы. Она этого не делала, ни чего не сдавала, а везла все с собой. Это позволяло ей не ждать, когда из штаба доставят медицинское имущество. Она выходила не только из таких подобных сложных ситуаций, а даже могла развернуть госпиталь досрочно или при недостатке материалов спокойно пополнить их из своего запаса. Эта запасливость свойственна сибирякам из-за сложившихся традиций. В голодные и полуголодные годы (с 20–35-е, 50–70-е и 90-е) красноярцам гости, сидя за столом гостеприимного хозяина, удивлялись и говорили: «У вас в магазинах и на полках пусто, а в холодильнике полным-полно. Как это так?» Зима у нас долгая, снабжение было худое и отвратительное  в советские годы. Все запасали овощи, крупы, растения и другие природные съедобные дары на долгую зимнюю пору, не питая надежд на государство.

 

Инструменты тоже не сдавали на общий склад, а возила за собой. Раздобыли где-то ящики и в них всегда инструменты упаковывали и вывозили. Вывозили столы операционные, посуду, мягкий инвентарь и даже кровати для тяжелых раненых, тоже с собой забирали, не сдавали на склад. Спирт тоже не всегда был. Например, не было в Воронеже и Житомире. В Польше обеспечивали спиртом госпиталь предостаточно, так как было много трофейного спирта. Нужно было в войну быть изобретательным и запасливым. Искать выход из проблем, возникающих по ходу работы госпиталя, анализировать и делать выводы на будущее для предупреждения возникновения подобных проблем. Надо же было работу делать, а не всегда были оптимальные условия, нередко они складывались экстремальными. «Фронтовая школа такая была, что на всю жизнь ее знаний и навыков хватило» – заключает Н. А. Бранчевская свой рассказ.

 

«Была в войну человеком я сильным, волевым, а вот теперь стала плаксой», – это она свидетельствовала в своем возрасте 100-летнем. Она говорила с горечью, болью и непониманием о событиях в Беслане. Она спрашивала, прошедшая ВОВ: «Как бандиты так спокойно орудовали в школе? Они что, привезли такую кучу оружия и замуровали под полом и никто не видел?» Она удивленно спрашивает: «Это что, коробок спичек? Где был директор школы и все ответственные за ремонт школы? Если кто-то сделал пол за одну ночь, это нужно было проверить. А там миномет, гранатомет! И как это никто не знал? – удивляясь и сердясь говорила она. «Это предатели своей Отчизны!» – заключила она. Фронтовик, которая сама не допускала и потому не может понять такую преступную халатность и безответственность директора школы и его замов, да и учителей. Она с очень большой болью это переживала  и еще переживает. Будто она сама что-то не сделала и была безответственна. Вот таковы наши защитники Отечества, потому и победившие в Великую Отечественную войну огромные полчища, тьму-тьмущую фашистов и их союзников.

 

Обеспечение госпиталя водой и дровами

Вода нужна была для стерилизации инструментов, шприцов, для помывки раненых, приготовления пищи, для стирки, для чая. Его кипятили в железной бочке, под которой разводили костер. Она нужна была и для помывки раненых. Грели воду в котлах, последние возили всегда с собой. Водоснабжение госпиталя всегда было головной болью, без воды «и не сюды, и не туды».

 

Первое – нужно было до операционной раненого помыть, после хирургической обработки ран, напоить горячим чаем и накормить. Где воду брать? Это была всегда одной из наипервейших задач, которую немедленно нужно было решать еще при развертывании госпиталя в каждой новой для них местности.

 

Обеспечение госпиталя водой было дело непростое. Рассказывает Надежда Алексеевна «Как-то в польском городке (в котором они развернули свой фронтовой госпиталь) стоял еще один госпиталь. У каждого было по колодцу. В колодце их травматологического фронтового госпиталя вдруг иссякла вода. Где взять воду? Воды нисколько нет.»

Вызывают из операционной начмеда и свидетельствуют, что источник воды иссяк. Что делать?

 

Надежда Алексеевна своим двум помощникам – Димке и Вадимке, дает задание на всей территории поселка поискать источники воды. Через короткое время они ей доложили, что в соседнем колодце другого госпиталя вода есть.

 

Но возле того колодца стоит военный патруль. Обслуга того госпиталя обещала дать воду за спирт. Других источников в городке они больше не обнаружили. Деваться некуда, Надежда Алексеевна отпускает им спирт и посылает мальчишек вновь ко второму колодцу. Благо спирт был и был в избытке.

 

Операция с водой удалась. Доставили они две бочки воды, а тут заглянули в свой колодец, на счастье, и в своем колодце появилась вода. Водоснабжение и на этот раз было обеспечено.

 

Не менее сложной и важной задачей была добыча дров. Нужны были дрова для автоклавной, для нагрева большого количества воды в котлах, на помывку раненых, стирку белья, а также нужно было кипятить целую бочку воды, для того чтобы напоить раненых кипятком. Жгли все, что оставалось в занятых городках: заплоты, остатки ломаной мебели, стулья, столы, диваны и так далее. Все, что могло гореть, нужно было собирать и доставлять в госпиталь. И так каждый день. В госпитале были две подобранные на освобожденных территориях лошаденки и два кучера-мужчины, которые помогали решать эти хозяйственные вопросы.

 

Бывало, оставляя прежнее место дислокации, заранее запасали и возили с собой дрова при перемещении госпиталя на новое место расположения. Госпиталь, прежде чем тронуться со старого места дислокации, заранее отправлял группу сотрудников, для того, чтобы провести рекогносцировку новой территории для поиска нужных зданий под развертывание госпиталя, источника воды и дров. Так, чтобы здания сохранившиеся были бы близко к вокзалу, а также к водоисточнику, а также чтобы определить, где удастся собрать всего того, что может гореть в кострах, автоклавах, буржуйках, под железной бочкой с водой и в костре.

 

При передислокации госпиталя на новое место с собой забирали все доски для нар, всю мебель, какая в госпитале была (столы, кровати, табуретки) ящики, дрова и так далее. Все это везли с собой, чтобы на новом месте можно было своевременно начать работу по подготовке госпиталя к приему раненых. Заместитель по хозчасти возил даже с собой готовых несколько гробов для погребения раненых, но это было возможно на территории России.

 

Предыдущая часть         Следующая часть

Cодержание книги

Вверх






Ваш комментарий
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым


Согласен (а) на публикацию в проекте Призвание врач





Рейтинг@Mail.ru
Сибирский медицинский портал © 2008-2019

Соглашение на обработку персональных данных

Политика в отношении обработки персональных данных

Размещение рекламы
О портале
Контакты
Карта сайта
Предложения и вопросы
Информация, представленная на нашем сайте, не должна использоваться для самостоятельной диагностики и лечения и не может служить заменой консультации у врача. Предупреждаем о наличии противопоказаний. Необходима консультация специалиста.

Наверх