18+
Сибирский
Медицинский Портал
Здоровье. Медицина. Консультации
www.sibmedport.ru
Бесплатная консультация ветеринарного врача


Читайте также


Фото «Я счастливый человек»: в память об Анатолии Колесниченко

Фото К 45-летию БСМП: Больница с железным характером

Фото Эндокринологической службе Красноярского края – 65 лет!

Фото Красноярскому медуниверситету – 75 лет!

Фото Воспоминания. Служба в Германии после войны

Фото "Доктор Мельников": вспоминает А. Коновалов и П. Гаврилов

Фото Воспоминания. Встреча с именем В.Ф. Войно-Ясенецким в Германии

Фото "Доктор Мельников": вспоминает друг детства В. Некрасов

Фото Воспоминания. День Победы

Фото "Доктор Мельников": вспоминают И. Артюхов и К. Фурсов

Фото Воспоминания. Чудо спасения

Фото "Доктор Мельников": вспоминает А. Катаргин


Воспоминания. Боевой путь фронтовых госпиталей №№ 2687 и 93, 2972 и 18, 1312 и 80

    Комментариев: 0     версия для печати
Воспоминания. Боевой путь фронтовых госпиталей №№ 2687 и 93, 2972 и 18, 1312 и 80

Продолжение личностно-биографического повествования "Ровесница лихого века", Т.П. Сизых

Предыдущая часть

Следующая часть

Cодержание книги

 

Боевой путь Воронежского – 1-го Украинского фронтов, к которому относились фронтовые госпиталя № 2687 и 93; № 2972 и 18; № 1312 и № 80 

 

После успешных оборонительных боев на Курской дуге наша армия перешла в наступление. Была поставлена труднейшая задача – разгром основных сил немецко-фашистских войск армий «Центр» и «Юг». Она была поставлена директивой Верховного главнокомандующего Сталина перед войсками Воронежского, Центрального, Степного, Юго-Западного и Южного фронтов. Главный удар нужно было нанести в Юго-Западном направлении, с выходом на форсирование р. Днепра. Цель – захватить плацдармы на его правом берегу.

 

В этих боях участвовал фронтовой госпиталь, заместителем начальника по медицинской части, которого служила капитан, врач III ранга Надежда Алексеевна Бранчевская.

 

На Киевском стратегическом направлении Воронежский фронт переименовали в 1-й Украинский. Он был определен ставкой как основной. И поэтому был укреплен несколькими инженерными и артиллерийскими бригадами. А так же 13-й и 60-й общевойсковыми армиями, взятых из состава Центрального фронта. По приказу ставки командующим фронтом был назначен генерал Н. Ватутин. Приступили к разгрому киевской группировки противника, решив овладеть городом Киевом, нанося главный удар, но сходу с Букринского плацдарма, его осуществить не удалось. Еще две попытки с этого же плацдарма также не увенчались успехом. Враг был еще силен. Его позиции по отношению к нашим были выгодней. Фашисты занимали господствующие высоты. Наши фронты, проведшие оборонительные и затем перешедшие в наступательные изматывающие бои на Курской дуге (Прохоровка чего только стоила), которые велись непрерывно на протяжении более трех месяцев, измотали врага. Они не дали немцам успеха. Все попытки немцев были отражены. Есть данные, в г. Каневе, о погребениях. На этом Букринском плацдарме было захоронено 40 тыс. наших воинов (40-ой, 27-й общевойсковых и 3-й гвардейской танковой армии). Здесь они геройски сложили головы за Отечество.

 

О форсировании Днепра непосредственный участник (инженерных войск И. Крушлинский) рассказывал в письме сыну: «Вода в реке Днепре стала красной от крови. Старались переправиться все кто на чем мог под непрерывной бомбежкой фашистских самолетов, под пулеметным обстрелом.

 

Под Киевом тринадцать раз наводил переправу понтонный батальон И. Крушилинского. Только пойдут танки, снова разбомбят переправу, наши ее опять наводят. Но переправа, каждый раз подвергалась разрушению, приходилось наводить ее под огнем вновь и вновь. И, конечно, при этом гибли наши воины. Приходилось постоянно просить подкрепление.

 

Раненые солдаты, уходили в воду и не возвращались. От адовой многосуточной работы люди валились с ног».

 

Фронтовик П. Т. Ткаченко дважды переплавлялся через реку Днепр, так как в первый раз от всей его роты в живых остался только он один. Пришлось вернуться за пополнением. Преодолевал переправу через Днепр и фронтовой госпиталь, о чем рассказывала Надежда Алексеевна. Однако ее сотрудники госпиталя со всем имуществом преодолевали даже Днепр без артобстрелов и без налетов фашистской авиации, как и реки, Вислы и Одр. Однако и в этих небоевых условиях переправы для госпиталя через реки были небезобидными и не малый страх они пережили. Особенно она помнила переправу через реку Одр, она рассказала, о пережитых ощущениях и страхах.

 

Ставка 1–2 ноября скрытно перебросила с Букринского плацдарма на Лютежский – 3-ю танковую армию и четыре стрелковые дивизии. Соединение армий генералов Москаленко, Рыбалко, Черняховского, что позволяло, наконец, 6 ноября штурмом овладеть Киевом. Однако 18 ноября немцам удалось вновь захватить Житомир, а 27-го – Брусилов. До конца ноября шли жесточайшие бои за Киев.

 

Великое значение придавалось вермахтом обстановке на Украине. Они надеялись, что им здесь, перед естественной преградой – р. Днепром – удастся остановить русские войска. Перед началом операции, по нашим разведывательным данным, в штаб группы армий «Юг», приезжал Гитлер. Он требовал этот рубеж удержать до последнего человека любой ценой.

 

Ставка Верховного главнокомандующего потребовала от 1-го Украинского фронта подготовить и провести Житомиро-Бердичевскую операцию по разгрому 4-й танковой армии противника, чтобы оттеснить ее к Южному Бугу.

 

29 декабря после 50-минутной артиллерийской и авиационной подготовки наши войска перешли в наступление и фронт противника прорвали. К исходу 30 декабря 1943 года расширили прорыв по протяженности на 300 км, а в глубину – на 100 км. Были освобождены Коростень, Брусилов, Казатин, Сквира и другие населенные пункты. 31 декабря был вновь освобожден Житомир, а 5 января – Бердичев. Немецкое командование перебросило в прорыв еще 12 дивизий.

 

Насмерть стоящие наши воины с этих боев доставлялись с огнестрельными, осколочными ранениями во фронтовой госпиталь Н. А. Бранчевской, который развернули под Житомиром, о чем ниже повествует Надежда Алексеевна.

 

1-й Украинский фронт совершил боевые действия по крушению и ликвидации немецких сил в районе Минска. Он слаженно с боями форсировал Вислу, где уничтожили более 30 дивизий противника. Для преодоления этой хорошо эшелонированной, бетонированной обороны немцев к концу июля 1944 года скрытно перегруппировали большую часть 1-го Украинского фронта. К общевойсковым присоединились 1-я и 3-я танковые армии. Этой мощной группировке предстояло с ходу форсировать Вислу. Захватить плацдарм и создать задел для выхода к границам Германии – фашистскому логову.

 

Немцы даже не успели разрушить дамбы, по которым, отступая, сами переправлялись, так как частью левого берега Вислы нашим танковым войскам удалось овладеть сходу. Немцы стянули к Сандомиру крупные силы, и бои приняли ожесточенный характер. Однако наши танковые армии, обогнув с севера и с юга группировку немецких армий, замкнули кольцо окружения. Нашим войскам приходилось одновременно воевать на два фронта. Переломным днем в боях за Сандомир стало 20 августа 1944 года. За три недели удалось немецкие войска разгромить. Огромного труда и потерь стоило удержать этот котел и уничтожить врага.

 

К концу 1944 года гитлеровское командование еще было способно вести крупные оборонительные операции. Этому способствовала уменьшившаяся протяженность линии фронта и соответственно увеличилась концентрация воинских подразделений. У них еще было живой силы свыше 9,4 млн чел., из них 3, 7 млн чел. находились на Восточном фронте, около 8 тыс. танков и штурмовых орудий, а также 4,1 тыс. самолетов.

 

Наша армия насчитывала 6,7 млн чел., 107,3 тыс. орудий и минометов, 2677 реактивных установок – «Катюш», 12,1 тыс. танков и самоходных орудий, более 14,7 тыс. самолетов.

 

К концу 1944 года немцы создали семь оборонительных сооружений между Вислой  и Одером глубиной в 500 километров. Они понимали, выход наших войск к Одеру означает – начало Берлинской операции. До Берлина оставалось от Одера всего лишь 60 км.

 

Враг напоминал разъяренного, израненого, загнанного в угол, но все еще надеющегося и огрызающегося зверя. К этому времени все союзники, хартии немецкой коалиции отпали, немцы остались одни.

 

15.01.1945 г. 3-я, 4-я и 13-я танковые армии советских войск овладели крупным узлом обороны противника г. Кельце. Путь на Лодзь и далее на запад, был открыт. Наращивая успех, наши войска надежно сомкнули кольцо вокруг Кельце-Радомской группировки врага. За шесть дней боев войска 1-го Украинского фронта прорвали оборону противника. По решению Ставки Верховного Главнокомандующего стремительное наступление на Одер предписывалось нашим 3-й и 4-й танковым армиям.

 

Перед генералами Рыбалко и Лилющенко (танковых армий) была поставлена цель – стремительно преследовать противника, громить его подходящие резервы, тылы, штабы. Не дать ему возможности закрепиться на подготовленные ими позиции при отступлении на оборонительных рубежах – на Восточной границе Германии. Дальнейшей была их задача – форсировать р. Одер, северо-западнее Бреслау.

 

Противник, силами трех дивизий 27.01.1945 г., в том числе танковой и двумя моторизованными, нанес удар и потеснил только что вышедшие сюда передовые части 3-й гвардейской танковой армии и вышли на левый фланг нашей 4-й армии.

 

Однако нанесенный решительный контрудар наших войск позволил врага отбросить на север.

 

Военный корреспондент Константин Симонов в своей книге «Разные годы войны», приводит воспоминания трижды Кавалера солдатского ордена Славы Константина Мамедова, которые совпали с показаниями немецкого подполковника в сорок пятом: «Немцы оборонялись жестко. Эта жестокость боев с приближением к Берлину только нарастала. И нарастала непрерывно. Сопротивление было просто отчаянное. О немце, как о противнике, можно сказать, что это был – сильнейший противник. Я думал над этим: «Кто бы еще был в состоянии таким противником оказаться? И не могу найти, хотя бы ближайшего сравнения. Это была – вымуштрованная, владевшая боевой техникой, военная машина. Которой, пожалуй, не было –  да не пожалуй, а действительно, просто не было равной в мире...» (Валерий Крушлинский «Письма войны. Непарадная повесть о Великой победе». – Красноярск – Москва: изд. Красноярск НИИ проект, 2006 – с. 141, 2-й абзац). Жестокость этих боев почувствовали и фронтовые госпиталя, которым пришлось по 100-124 часа оперировать, не отходя от операционного стола, без сна и отдыха, о чем еще будет рассказано участницей этих последних дней войны. С фронта, из действующей армии, капитан инженерных войск Иван Иванович Крушинский в эти дни писал двум старшим из четырех своих детей:

 

1.03.45 г. Здравствуй, сынок, Толя и дочь Оля! Привет вам из Германии. Я жив, здоров. Вот уже два месяца как нахожусь на выполнении боевых операций, на территории Германии. Бьем немцев на их же территории. Мы на подступах к Берлину. Скоро, очень скоро, будем в Берлине! Война подходит к концу. Наша победа над германским фашизмом очень близка. Теперь наша жизнь, сделалась несколько веселее, сознавая, что наша Родина полностью освобождена от фашистских оккупантов. Что те разрушения, которые делает война, обрушились на немецкие города, заводы, фабрики, на головы самих немцев. Горит Германия. Трепещут немцы в ожидании конца войны. Мы идем по Германии, чтобы уничтожить навсегда немецкий фашизм. Никогда немцы не поднимут оружия на наш советский народ. Я послал вам посылку и еще кое-что пошлю, так как вы этого действительно достойны. Я вас всех считаю маленькими, а вы уже взрослые. Как давно я вас не видел. Как я скучаю по своим дорогим детишкам. Войну я начал солдатом, а теперь я уже капитан гвардии. Все это могло стать по тому, что я люблю свою Родину, люблю своих деток... Будьте здоровы и счастливы. Пишите мне чаще письма. Ваш отец – Иван Крушлинский. 


В этот же месяц ушло на фронт И. Крушлинскому письмо его супруги Анны Григорьевны 25. 03. 45г. Здравствуй, Ванюшка! Что-то ты редко стал писать? Письма идут очень долго, а потому пиши чаще. Мы все живы, здоровы. Ждем тебя домой, хотя   бы в отпуск. А тут получается обратное, ты от нас все дальше и дальше. Живем по-прежнему, но сейчас наступает весна, запасы иссякают и положение осложняется. Правда я имею надежды на лучшее, но не знаю, удастся ли эту зиму прожить легче, чем прежде? Мне понемногу помогают, но здесь нужно много времени и терпения. Эту зиму меня обеспечили топливом. Ко дню Красной армии мне в военкомате дали 500 рублей и катанки. Приближается время садить картофель, землю выделили, а семена купить не на что. Если сможешь, пришли денег. Я очень много должна, а сейчас трудно расплатиться. Пока все. Пиши чаще, как у тебя дела. А главное, здоровье. Скорей бы все это кончилось. Привет от всей семьи. А. Крушлинская. 


В ночь на 2 апреля 1945 года Верховный главнокомандующий, подписал директиву 1-му Белорусскому, а так же и 1-му Украинскому фронту, о подготовке и проведению операции с целью овладения Берлином, с указанием в течение 12–15 дней выйти на дельту.

 

1-му Украинскому фронту была поставлена задача разбить группировки противника в районе Котбуса и южнее Берлина. Изолировать главные силы группы армий «Центр» от берлинской группировки и этим обеспечить удар 1-го Белорусского фронта с юга.

 

16 апреля советские войска начали успешное продвижение вперед. И чем дальше продвигались войска к Зееловским высотам, тем сильнее возрастало сопротивление врага. Наступление 1-го Украинского фронта развивалось более стремительно. С утра 17 апреля 1945 года были введены обе танковые армии, которые продвинулись на 20–25 км, форсировали р. Шпрее и с утра 19 апреля стали продвигаться на Цоссен и Луккенвальде.

 

18.04.45 г. 1-му Украинскому фронту, войскам 3-й и 4-й танковых армий было приказано к исходу 20.04 овладеть районом Беелиц, Трейенбритцен, Луккенвальде, форсировать р. Шпрее, развить наступление на Фетшау, Барут, Тельтов, овладеть Потсдамом, а затем с юга, юго-запада, ворваться в Берлин.

 

20.04.45 г. в 13 часов 50 минут, на пятый день операции, дальнобойная артиллерия, 79 стрелкового корпуса 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта открыла огонь по Берлину. 25 апреля 1945 г. недалеко от Торгау на Эльбе части 1-го Украинского фронта встретились с американскими войсками. Им тоже досталось от наших войск, пока не дали команду прекратить огонь. Куда девались здесь немцы? Неизвестно.

 

В дневнике фашистского Генштаба, 25.04.45 г. записано: «В восточной и северной частях города идут ожесточенные бои... В районе Торгау, на Эльбе впервые соединяются советские и американские войска».

 

Двухсоттысячный гарнизон Берлина окружен. Гитлер, проводя последнее совещание, со своей верхушкой, сделал запоздалое признание: «Война проиграна».

 

Комендант Берлина в полдень получил приказ лично от фюрера об обороне и обеспечении внутренних районов города, а также правительственного квартала. Гитлер сделал заявление: «Из Берлина я не уйду. Буду защищать город до последнего и вместе с моими солдатами паду в бою за символ рейха».

 

Иван Иванович Крушлинский рассказывал в письме сыновьям, что «в Берлине стреляли из каждого окна. Из каждого куста. Стреляли также пацаны, из гитлерюгена. Город был укреплен отменно. Там были большие потери с нашей стороны».

 

Никакого победного марша победителей по Берлину не было. Каждый дом был превращен в крепость и оборонялся силами до батальона.

 

Однако война продолжалась. Предстояло уничтожить полностью врага на его же территории и в его логове. Еще существовали десятки вполне боеспособных диверсантов-гитлеровцев. Они еще действовали.

 

Соотношение сил сторон (советских и немецких), воюющих перед Берлинской операцией, выглядело так: личный состав – 25:1.0; орудие и минометы – 4,0:1,0; танки, САУ, штурмовые орудия – 4,1:1,0; боевые самолеты – 2,3:1,0.

 

Цель Берлинской операции заключалась в том, чтобы быстро разгромить группы армий «Висла», «Центр», овладеть Берлином и выйти к реке Эльбе. Основные усилия трех фронтов были направлены на сокрушение вражеской обороны, а затем на окружение и расчленение основных сил противника.

 

Концентрация войск была невероятная, как вспоминал И. И. Крушинский, в каждом лесочке находилась либо наша, либо немецкая часть. Этим часто пользовалась авиация. Случалась и путаница.

 

Сколько невиданной отваги проявили наши бойцы в битве за Берлин. В городе были выстроены укрепленные оборонительные обводы. Гитлеровцы создали 9 секторов обороны, до 400 железобетонных дотов, со стенами толщиной до 2,5 метра и перекрытиями  до 3 метров толщиной. Это были настоящие крепости, вмещающие до тысячи солдат и офицеров. Каждое здание представляло собой крепость многочисленными пулеметными и минометными огневыми течками. Еще много танков и тяжелых орудий стояло на улицах, были сооружены баррикады.

 

Но решимость нашего командования и воинов было настолько мощнее и действеннее всех их дзотов, крепостей, зданий. Ведь русские шли в последний бой – они шли за Победой. Войсками 1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов было завершено окружение всей берлинской группировки. Для ведения уличных боев были организованны штурмовые отряды. С утра 22 апреля 1945 года 3-я гвардейская танковая армия развернув свои корпуса, в первом эшелоне, начали атаку вражеских укреплений. Войска прорвали внешний оборонительный обвоз германской столицы. Ползком от дома к дому, неся потери в новых жестоких боях, наши бойцы занимали все новые и новые территории города Берлина.

 

30 апреля наши войска продвинулись в центр и с боем подняли над Рейхстагом советский флаг.

 

2 мая командование приказало прекратить огонь. Ликованию не было предела. Всюду слышались крики «Ура!» И воздух разрезали импровизированные салюты.

 

 

В ходе берлинской операции, советские войска разгромили 70 пехотных дивизий, 23 танковых и моторизованных дивизий. Было взято в плен 480 тыс. солдат и офицеров, которые большими колоннами двигались по улицам Берлина. Было захвачено 1500 танков и штурмовых орудий, 4500 самолетов.

 

Фронтовой госпиталь, в котором служила начмедом Надежда Алексеевна Бранчевская, пред Берлинской операцией развернули в небольшом городке в Восточной части Германии. Больше они уже не двигались за войсками. Госпиталь и в период Берлинской операции подчинялся напрямую штабу 1-го Украинского фронта.

 

Жестокость боевых наступлений в Германии четко отражалась на работе госпиталя. Вначале они, идя за войсками, оперировали не прерываясь по двое, потом по трое суток,   с очень короткими передышками.

 

В боях за Берлин они, не отходя от операционного стола, работали 124 часа без сна и передышек. Накал боя столь велик, казалось, был за пределами человеческих возможностей. Значительно возросло количество раненых с крайне тяжелыми ранениями, не совместимыми с жизнью. Если до Германии они ежедневно в период наступлений хоронили десятки раненых, то в Германии до ста и более, особенно в Берлинскую операцию. В это время они уже выполняли функции и медсанбата, и фронтового госпиталя.

 

На 103-м году своей жизни Надежда Алексеевна, вспоминая говорила: «Тогда в боях,  в горячке мы не замечали этих нечеловеческих состояний. По сто часов, не отходя от операционного стола (за исключением туалета, и то, это делалось тут же в операционной, за ширмой, с помощью санитарки). Как будто так и надо. Идут бои, ну а мы, соответственно, оперируем. А вот теперь сама себе удивляюсь. Как же мы так работали? Трудно, тяжело было. Но самое тяжелое было, когда раненый ногой на носилках откидывал простынь, а у него обеих рук нет по плечо, вас вопрошает: «Доктор, научи меня жить! Как мне жить? Я крестьянин. Дети у меня!» Это был крик его души и наш с ним тоже.

 

А ты стоишь как истукан, как столб, не имеющий мыслей и дара речи. Страшна для нас тогда была наша беспомощность и несостоятельность медицинской науки. Так все годы войны и работали на пределе человеческих возможностей, в постоянных изматывающих сердце и душу скорбях и муках за раненых – защитников нашего Отечества. Они сделали все! А мы не в состоянии. И так каждый день одно и то же. Но еще страшнее, когда видишь слезы плачущих молча мужчин без обеих рук или без обеих ног. Это для нас, медработников, было самое тяжелое». Заканчивая, вздохнув глубоко, она заявила: «Так никого и не научила, как жить».

 

Представлен фрагмент карты гвардии капитана инженерных войск И. И. Крушлинского, с которой он шагал от начала Великой Отечественной войны до завершения ее Победой. Этот фрагмент карты наглядно раскрывает боевой путь участников Воронежского – 1-го Украинского фронтов, с боями которых двигались и фронтовые госпиталя, в одном из которых служила врач-сибирячка из Красноярка – Надежда Алексеевна Бранчевская.

 

Предыдущая часть       Следующая часть

Cодержание книги

Вверх






Ваш комментарий
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым
Поле не может быть пустым


Согласен (а) на публикацию в проекте Призвание врач





Рейтинг@Mail.ru
Сибирский медицинский портал © 2008-2019

Соглашение на обработку персональных данных

Политика в отношении обработки персональных данных

Размещение рекламы
О портале
Контакты
Карта сайта
Предложения и вопросы
Информация, представленная на нашем сайте, не должна использоваться для самостоятельной диагностики и лечения и не может служить заменой консультации у врача. Предупреждаем о наличии противопоказаний. Необходима консультация специалиста.

Наверх